Старая чайхана
Это мой самый любимый район. Огромная часть моей жизни связана именно с ним. Поэтому его история, его памятники мне наиболее дороги. Именно здесь я впервые услышал удивительную легенду, рассказавшую людям о Чиланзаре.
Я помню его ещё без облицовки, этот старый арык Чабан-ота, в котором мы с удовольствием принимали «водные ванны» в палящую жару. После которых идущие по делам взрослые вынуждены были обходить нас, отогревающихся на раскаленном асфальте. Вспоминаю уютную древнюю чайхану под раскидистыми орешинами и убелённого сединами чайханщика, неторопливо рассказывающего древнюю легенду почтительно молчащим посетителям, в том числе и мне, первокласснику, сидящему рядом с отцом.
Древняя легенда
В давние времена жил в окрестностях кишлаков Катартал и Махалля-тепе седобородый чабан, ухаживавший за отарами овец. И были отары на удивление многочисленными, принося большой доход своим хозяевам. Но жизнь проходит, и когда чабан ушёл из жизни, благодарные жители Махалля-тепе возвели над его могилой небольшой склеп — мазар, ничем не украшенный, ведь при жизни святой вёл простую мирскую жизнь. Постепенно вокруг мазара разрослось кладбище, которое и поныне существует внутри 13 квартала, закрытое от обзора окрестными жилыми домами.
По другой версии мазар был возведён по приказу Сахибкирана Тимура на месте, где жили калмыки, охранявшие святое место — кадамджой. Видимо, это сооружение было воздвигнуто на месте древнего святилища, а захоронения там, возможно, и нет…
Ещё одна версия говорит о том, что владыке Самарканда Мирзо Улугбеку во сне явился святой Чабан-ота, упрекнувший внука Тимура в пренебрежении к памяти святого, хранящего овечьи отары.
Чтобы исправить ошибку, великий учёный немедленно приказал отправить в Чач большой караван со строительными материалами и мастерами. И был построен мазар на том самом месте, где пошла вода из-под посоха знаменитого Чабан-ота, именем которого названа современная улица. Так это или нет — никто не знает. Археологи и архитекторы считают, что комплекс возник в конце XVIII — начале XIX века, замыкая собой тополиную аллею на кладбище.
Состоит он из входного сооружения — дарвозахоны, увенчанного небольшим минаретом — мезана, собственно, мавзолея и мечети с многоколонным айваном. Вокруг царят тишина и покой, как и положено в месте упокоения. Сюда почему-то не заезжают экскурсионные автобусы. О памятнике не упоминается в путеводителях туристических фирм. А жаль, ведь большинство жителей даже близлежащего квартала не подозревают, что живут рядом с интереснейшим памятником истории.
Примечательно то, что в мои школьные годы остатки старинного кишлака Махалля-тепе ещё существовали, и мы частенько, возвращаясь домой, проходили мимо нескольких саманных домов достаточно почтенного возраста.
Сегодня на месте старой доброй чайханы соорудили современное кафе «Чинор», и уже нет того очарования, как нет и тех орешин, и того приветливого седого чайханщика, с удовольствием угощавшего нас, сорванцов, карамельками и арахисом…
Рощи
Там же — совсем рядом, через дорогу — находилась часть бывшей «рощи», куда мы ходили собирать вишню, яблоки, сливу, айву и прочее, что ещё оставалось в моём детстве от знаменитых пригородных садов. А буквально рядом с «фруктовой» рощей ещё сохранялись «представители» той самой ореховой рощи, снабжавшие нас бесплатными своими дарами. Именно через ореховую рощу по достаточно широкой тропинке нужно было идти пешим ходом, чтобы попасть в какой-либо пионерский лагерь, в который была приобретена путёвка.
На месте очень старой ореховой рощи я совсем недавно с удивлением увидел громадные высотные дома, которые выглядели особенно нелепо рядом с милыми сердцу четырехэтажками. Рядом стоящая средняя школа сегодня получила современный внешний вид, что не избавило меня от нахлынувших воспоминаний — я попросту оглянулся назад, вспомнив массив таким, каким он был во времена моего детства.
Канглы-курган
На своей любимой «Каме» я частенько появлялся в районе той самой автостанции, известной под топонимом «Подмосковная» — нравились мне такие велосипедные прогулки. Рядом с этой конечной остановкой автобусных маршрутов 2, 8 и прочих, правда, уже под землей, протекает речушка Изза-сай. Именно в её долине и был расположен ещё один археологический памятник — Фазыл-курган, именуемый иногда Канглы-курган. Это название восходит к самоназванию племени — канглы-кангар, проживавшего в этой местности и ведущего свою историю от государства Кангюй (Кангха). Этот памятник старше предыдущих и датируется IV-VI веками.
Поселение было обнесено крепостной стеной и стояло на рукотворном фундаменте, возвышавшемся над прилегающей местностью. До арабского завоевания оно входило в округу местности Чач — Минг-Урюк. Раскопки выявили следы насильственного разрушения стен и произошедших пожаров. По всей видимости, гарнизон небольшой крепости и жители поселения оказали яростное сопротивление захватчикам, вследствие чего оно было разрушено, и кратковременно посёлок оживал лишь в X-XII веках.
Ишан Хайробод
Отсюда очень удобно занять место в электробусе и отправиться дальше, к старому «кругу» на Катартале, совсем рядом с которым в не такие уж далёкие семидесятые был сооружен магазин, известный чиланзарцам под именем «Шухрат». Кстати, топоним «Катартал» означает буквально «ивовый ряд (аллея)». Вдоль этой улицы действительно встречаются ивы (тал). Здесь есть одно очень примечательное сооружение, к которому, увы, туристов тоже почти не приводят. Это то, что осталось от существовавшего некогда обширного поселения Ногай-кишлак, его часто путают с Ногай-курганом.
Древняя легенда утверждает, что примерно лет триста назад одному татарину (ногаю), которого звали Хайрабад, во сне было сказано:
У порога твоей юрты скоро будет белый нар (верблюд). Сядешь на него и поедешь, куда глаза глядят. А когда нар остановится, то и будет место твоего счастья.
Якобы это предсказание сбылось, нар привез Хайрабада на чиланзарский курган, где сейчас стоят мавзолей и мечеть. До недавнего времени там был и глубокий ховуз. Данные археологов подтверждают время постройки памятника — он датируется XVIII веком. Причём невысокое (в отличие от других сооружений) качество кладки, неточности в разбивке плана, приземистость зданий говорят об упадке строительного искусства и тяжёлой жизни местного населения. Скорее всего, строительство велось во время ташкентского чорхакимства (четыре хакима) — весьма мрачной страницы истории нашего города.
Я ещё помню времена, когда этот памятник являл собой жалкое зрелище. Но заботливыми руками реставраторов он приведён в хорошее состояние, и хотелось бы попросить наших экскурсоводов уделять как можно больше внимания именно таким маленьким памятникам — ведь большие и так известны.
Чиланзар-ота
От «круга» на улице Катартал мы направляемся к ещё одному памятнику, находящемуся неподалёку от знаменитой киностудии «Узбекфильм». И здесь мы тоже предоставим слово старой легенде:
В далёкие времена жил на окраине Шаша благочестивый мусульманин. Долгое время он вел праведную жизнь, чем заслужил звание шейха, а под конец своей жизни прославился любовью к чилон-джиде и её мучнистым плодам, обладающим целебными свойствами. Это неприхотливое дерево глубоко пускает свои корни и лёгко переносит даже засуху. Шейх, полюбивший это создание природы, старательно рассаживал вокруг своего жилища деревца джиды, поэтому ещё при жизни его прозвали Чиланзар-ота, а местность — Чиланзаром.
Правду говорит легенда или нет, но на улице Чиланзарской — на старом кладбище — можно увидеть невысокий, скромный мавзолей, посвященный Чиланзару-ота. По мнению археологов, памятник был возведён в начале XIX века. Вторая версия принадлежит ныне покойному бывшему «городскому голове» Ташкента Николаю Гурьевичу Маллицкому. Занимая свой пост задолго до 1917 года, он специально изучал историю города, используя для этого подлинные документы, переданные ему ташкентским мингбаши (тысячник) в 1907 году.
Помогали ему в этом деле и помощники, добросовестно собиравшие жалобы и заявления населения, в которых, как правило, указывалось наименование местности (мауза) или махалли. Результатом этого длительного труда стало появление (ныне очень редкой) книги «Ташкентские мауза и махалля». В ней можно найти пояснение этнонима «Чиланзар». Правда, Н. Г. Маллицкий интерпретирует сие название как Чинорзор, то есть «чинаровый сад», что полностью опровергает народную молву.
Святой знаменосец
От улицы Чиланзарской мы следуем к мосту через канал Бозсу, что близ станции метро «Миллий Бог», ранее «Ёшлик». Неподалёку от неё находились одни из двенадцати ворот города — Камалон-дарвоза. У этих, как и двух других, южных — Самаркандских и Бешагачских — располагались обширные кладбища, на территориях которых находились мавзолеи почитаемых святых. На сохранившемся до нашего времени кладбище Камалон находится мавзолей Ходжи Аламбардора-бобо. В истории он известен как сподвижник Каффаля Аш-Шаши.
Оба они распространяли ислам в ташкентской округе, и оба ушли из жизни в признании своих заслуг. Примечательно, что имя первого из них можно перевести как «знаменосец». По преданию, мавзолей, к которому ведёт тополевая аллея, построен над могилой святого через 1300 лет после его смерти. Но точных данных нет, а различные исследования дали основания утверждать, что памятник возведён не ранее XVIII века. Пусть это будет так, но, тем не менее, мавзолей является одной из наиболее почитаемых святынь мусульманского мира.
Рядом с кладбищем «Камолон кабристони» проходит улица Байнал-Милал, по которой можно проехать к одной из площадей Чиланзара — Ак-Тепе. Свернув через мост, по улице Сергея Есенина, плавно ставшей улицей Нурафшон, мы подъезжаем к едва не уничтоженному археологическому памятнику Ак-тепе на Чиланзаре — здесь располагались остатки древнего замка, датируемые IV-XVI веками. Здание было довольно высоким, расположенным на высоком холме и окруженным мощными стенами, но бастионов не имело (они появились позже — в Европе, в XIV-XV веках).
По характеру археологических находок это здание относилось к типу защищенных святилищ, построенных в честь одного из зороастрийских богов. Место его расположения относилось к округе столицы оазиса — Минг-Урюку.
А во второй половине XX века в этой же, тогда ещё загородной местности, стали размещаться детские оздоровительные лагеря, находившиеся между современными 13, 14 и 15 кварталами. На моём четырнадцатом квартале, как я узнал пару лет назад, располагалось кукурузное поле, задолго до 1966 года.
Недавнее прошлое
Как известно, этот жилой массив начал застраиваться незадолго до печально и торжественно знаменитого ташкентского землетрясения. На карте города тех времён (на 1963 год) мы можем увидеть лишь небольшую часть огромного в будущем комплекса жилых домов и «общественных» зданий. И улица Чиланзарская, на пару с Пионерской (современная Арнасайская), доходила лишь до нынешней пешеходной зоны Чиланзара — улицы Гагарина. То есть был сооружён лишь первый квартал массива, которому суждено было принять большое количество людей уже в первые месяцы разгула подземной стихии.
Вообще строительство новых домов «на незастроенных землях Чиланзара», согласно справочнику «Ташкент» за 1958 год, началось ещё в 1956 году. Стало быть, за семь лет до выпуска карты- схемы успели построить всего пятьдесят шесть жилых домов (не поленился, пересчитал на электронной карте города). Считал только жилые дома, без построенных позже. А какие были планы на застройку территорий — тех, «что за межой»!
Группы жилых кварталов должны были быть объединены межквартальным садом, иметь спортивные площадки и водоемы (читай — бассейны). А детские сады и ясли — именно так, отдельно, должны были быть расположены «вдали от шумных транспортных магистралей». Одновременно это должны были быть целые комплексы жилых зданий, окружавших общественные сооружения.
Любимый кинотеатр
Такие, например, как открытый за четыре года до начала «поездки на спине взбесившегося верблюда» кинотеатр «Чайка» или та самая общественная баня, несколько лет назад сменившаяся премиальным рестораном. Или же открытый двумя годами позже кинотеатр, одноимённый с массивом торговый центр.
Вокруг жилых домов обязательно должны были быть высажены деревья и устроены площадки для отдыха детей и взрослых. Причём преследовалась по проекту ещё одна цель — жители массива не должны были иметь затруднения с пересечением автомагистралей, пользуясь услугами тех или иных общественных зданий. То есть надо тебе на почту — так и иди вдоль квартала. В магазин или в детский сад — и тут проблем нет — дорогу с движущимся транспортом и машинами всех «сортов» переходить не нужно.
Когда будете на первом квартале массива, обратите внимание на первые этажи жилых домов. Там полно магазинов. Нет, не тех, о которых вы подумали — это не выкупленные квартиры, а именно магазины, площади под которые выделялись по специальному проекту. Назову даже номер дома, где ещё сохранился магазинчик, внешнее оформление которого частично осталось прежним — это дом № 14. Он стоит вдоль улицы Мукими, и в нём есть магазин, фасадная часть которого слегка наклонена вперед и скошена книзу. Или же знаменитые на весь Чиланзар книжный и хлебный магазины, располагавшиеся в нынешнем доме № 64, что стоит вдоль улицы Гагарина.
Именно в этом книжном, в далёком уже 1990-м году я приобрел шикарный том — «Словарь античности», за целых двадцать пять рублей. За это потом целую неделю меня «пилила» моя мать — ну очень дорогая была покупка. Но до сих пор об этом поступке я не жалею.
Для чего это делалось? Да для того же удобства жителей — а вдруг пожилым людям, или молодым мамашам с колясками будет сложно подниматься вверх по крутым ступеням?
Торговый центр «Чиланзар»
Вспомним и тот самый торговый центр «Чиланзар». В те времена он считался самым крупным во всей Средней Азии. Мало того, что в те годы он внешне выглядел довольно оригинально, так он изначально был создан как «тот самый центр», где можно купить всё, что Бог на душу положит.
Именно здесь папа купил мне первый и единственный мой фотоаппарат «Смена 8м», с которым я не расставался долгие годы. Фотоплёнка, проявители, закрепители, фотобумага, канцелярские товары, настольные лампы, бра, мебель всех и всяческих моделей и сортов, все виды одежды, игрушки, спортивный инвентарь — здесь было всё! Захотел перекусить или плотно покушать — пожалуйста, к твоим услугам буфет или целое кафе. А какой здесь был молочный коктейль — до сих пор помню его вкус! Такого в других местах города, где мне удавалось побывать по малолетству, попросту не было.
Частенько я просто «выбивал» из родителей поездку в «торгошку», как мы её неблагозвучно называли, именно из-за этого напитка. Выпьешь пару стаканов — и сытый до вечера. А если ещё и с малиновым сиропом…
Часто мы с отцом ходили в кинотеатр «Чайка» — ведь здесь были широкоформатный экран и шикарный буфет, где перед сеансом мы покупали томатный или яблочный сок и кукурузные палочки. Очередь за билетами выстраивалась, бывало, метров на сто, в зависимости от «рейтинга» фильма.
А после кино — обязательно в «торгошку», откуда мы не выходили хотя бы без мелких покупок. Какой был здесь отдел грампластинок! Большая часть моей коллекции музыки куплена именно здесь: диски-гиганты, пластинки-миньоны, записи зарубежных знаменитостей. Богаче этого отдела мог быть только магазин около станции метро «Хамза», имевший собственное имя — «Мелодия».
Даже магазин «Диск», сооруженный позже на бывшем «Бродвее», не мог похвастаться таким богатым выбором пластинок. До сих пор в этом огромном комплексе сохранились и парикмахерская, и ремонт часов и очков, и, что замечательно, почта. Авторами этого замечательного, интересного и сложного архитектурного сооружения были молодые в те времена наши, ташкентские архитекторы В. Л. Спивак, А. Б. Крюков, А. А. Сидельников и Е. Ф. Ясногорская. Такой вот памятник они поставили себе нерукотворный. Я бы даже предложил установить небольшую скромную памятную плиты с высеченными на ней именами авторов проекта.
Ляби-ховуз
Пройдёмся назад, в сторону улицы Мукими, и увидим справа маленькую улочку, как бы уходящую вдаль. Это современная улица Ляби-ховуз, некогда носившая имя одного из заезжих политических деятелей прошлого столетия, почти ничем не отличившимся на нашей древней земле. Есть предположение, что она была проложена специально для проезда «рогатых» — для троллейбусов из недавнего прошлого. Вполне возможно, что именно так и было. Потому что улочка упиралась прямиком в ворота бывшего второго троллейбусного парка.
Как на ней, так и на неширокой тогда ещё Пионерской мне приходилось видеть «ночевавшие» троллейбусы, которым, видимо, не хватило места в парке, и поздно закончившие смену водители оставляли их в буквальном смысле на улице.
Увы, ныне на Чиланзаре много чего изменилось — нет уже ни троллейбусного, ни трамвайного парка, но для меня он остался тем самым молодым Чиланзаром, когда его деревья были большими. И напоследок расскажу-ка я об одном историческом случае, в который трудно поверить, но это так.
Тигры на Чиланзаре
Вся местность Чиланзара была покрыта фруктовыми садами, а каналы — непроходимыми тугаями, в которых водились исчезнувшие ныне туранские тигры. К середине 70-х годов XIX века они чувствовали себя довольно свободно даже рядом с кишлаками Занги-ота и Ногай-курган, что возле 54 разъезда. Иногда они могли забрести чуть ли не на улицы поселений, вследствие чего жители боялись покидать свои дома даже днём.
В январе 1879 года в Ташкенте выпал снег, чем и воспользовались двое охотников кишлака и зангиатинский бий. Втроём, вооружившись мультуками (это старинное шомпольное ружье), они решили уничтожить особо свирепого хищника, терроризировавшего округу. Подробности схватки неизвестны, но её последствия были трагичными. Тигра с лёжки удалось поднять, но он, видимо, напал первым, смертельно ранил бия, порвал остальных участников охоты и безнаказанно скрылся в тугаях.
По свидетельству известного туркестанского охотника Е. Т. Смирнова, это был последний случай появления тигра в ташкентских пригородах. Может быть, и так, но один из моих добрых знакомых рассказывал, что ещё в конце 50-х годов прошлого века его отец, возвращаясь с поста, вооруженный табельным «Маузером», уложил тигра, правда, в районе современного массива Карасу.