Такое близкое и такое далёкое кино: интервью с кинематографистами Якутии

«Не пишите чушь, а то её могут и начать снимать», Иннокентий Ханды, сценарист и продюсер.

— Якутское кино уже признано во всём мире. Ваши фильмы ждут, за именами кинематографистов из Саха внимательно следят. Поделись опытом, как вы к этому пришли, на что стоит обратить внимание?

— Ну, мне-то повезло. Я иду по проторенной дорожке за Стёпой Бурнашёвым, Дима Давыдов поддерживает, Алексей Романов болеет за наше дело, Алексей Егоров из «Сахафильм» всегда готов помочь. Путь этот был долгим, старшие наши товарищи начинали, а мы вот продолжаем. Срезать где-то на этом пути и ускорить процесс тут едва ли получится.

Вот любят сейчас все киноделы метить в Netflix. Особенно начинающие. Какой-то прямо, не знаю, план Барбаросса по захвату главного стриминга у всех поголовно. И чем меньше понимаешь в кино, тем тебе кажется проще попасть туда. А как начнёшь углубляться, начинаешь понимать, как много преград и сложностей на этом пути, с которыми нужно учиться бороться.

Но вот что я понял — много проблем в наших собственных рамках. Я свои начал разрушать, начав приезжать на кинофестивали. Очень важно общаться с другими кинематографистами — из США, из Франции, из Узбекистана, из Кыргызстана. Тогда ты понимаешь, что они все такие же больные кино, как и ты. Жить без него не могут. Поэтому нужно знакомиться, общаться и сотрудничать.

— На Бишкекском кинофестивале вы произвели настоящий фурор. Вы всем запомнились. Как думаешь, почему так?

— Холод сильно влияет на нас как на творческих людей. Потому что когда у тебя полгода за окном минус пятьдесят и ты никуда не вылезаешь, волей-неволей начинаешь что-то придумывать. Не хватает досуга, общения. И ты учишься разным вещам и становишься активным в том, что делаешь. Мы постоянно расширяем кругозор, например, много читаем и много исследуем.

Думаю, люди это видят и им это нравится.

— Что ты думаешь о продюсировании в СНГ?

— Продюсерский подход у нас ещё не разработан. Во всём СНГ нет какого-то единого понятия, кто такой продюсер, чем конкретно он должен заниматься, чем отличается, например, линейный продюсер от исполнительного. Да и в целом продюсирование пока ещё в зачаточной стадии. Ведь писать и снимать это одно, а вот продвигать дальше проект — это отдельная работа. Чтобы продать фильм, чтобы найти финансы, чтобы с пользой посетить фестиваль, нужно понимать, что и кому нужно сказать, а кому и что говорить лучше не стоит.

Мне всегда казалось, что доносить свои мысли у меня получается отвратительно. А как-то так само собой выходит, что договариваюсь по многим вопросам. Потому что даже важнее запомниться, чем всё точно и по делу сказать. Общаешься с человеком минут пять, но тебе нужно оставить о себе неизгладимые впечатления. У кого-то внешность запоминающаяся, у кого-то голос, а остальным нужно найти свою особенность.

И ещё есть в умах у людей стереотип, что в кино главное — деньги. На деле же бюджет сильно зависит от продюсера и режиссёра. Да и от сценариста. Изменение одной строки может сократить или увеличить бюджет всей сцены в несколько раз.

— У начинающих сценаристов часто возникает проблема, что их работы никуда не берут. Особенно у только получивших образование. Можешь поделиться полезным советом для них?

— Академическое образование и собственное мировоззрение — это очень разные вещи. В детстве я взахлёб читал Ника Перумова — «Адамант Хенны», «Гибель богов» и другие. А потом случайно познакомился с работами Толкина и понял, что Перумов пишет фанфики. Для меня было грандиозным открытием, что можно просто взять и начать писать что-то своё на основе чужих историй, адаптировать чужой лор под себя.

И вот для сценариста как раз работа с чужими идеями — это основа основ. В начале карьеры это сложно понять и принять. Если ты пишешь под заказ, то работаешь с продюсером и режиссёром, чьи идеи ты должен уметь адаптировать. И лавировать между их хотелками и своими.

Вот я сам считаю свой самый первый сценарий своим лучшим — до сих пор не могу его переплюнуть. Но и снять по нему никак не получается. Совсем недавно только начал переговоры с продюсером из США по поводу этой идеи. Может, наконец, этот проект — «В багряном» — увидит свет.

И вот ещё один полезный совет всем сценаристам: даже если придётся браться за сомнительный проект ради денег, даже если до драматургии там никому дела нет, а заплатить готовы за полную чушь, всё равно не пишите чушь. Потому что вот её возьмут и снимут, а потом там навсегда будет стоять твоё имя.

«Идей очень много. А вот до реализации доходят единицы», Аполлинария Дегтярёва, режиссёр, сценарист, продюсер.

— Я за свою карьеру многократно брал интервью, но вот такое у меня впервые: я предложил пообщаться тебе, Иннокентию и Иллариону. И вы все трое, не сговариваясь, были готовы к интервью хоть сразу. Я малость в шоке.

— В этом, наверное, и заключается якутский майндсет. Если не сейчас, то никогда. Мы вот и кино так снимаем. Вот прямо сегодня у нас было собрание, где мы решили, что мотор запустим через полтора месяца. Сразу всем звоним, кому нужно, и дело пошло. Есть такая классная фраза — не моя, но я взяла её себе в арсенал: надо сначала ввязаться в драку, а потом уже думать.

Мне нравится действовать в ограниченных условиях. Запускается креатив. Мне понравилась фраза коллеги: «За деньги снимать все горазды. А вот попробуйте без денег». Если у тебя маленький бюджет — снимай что-то низкобюджетное сейчас, а не жди вечность, пока на тебя обрушатся горы богатства. Да и вообще — когда работаешь с тем, что есть, учишься намного большему, чем когда тебе всё принесли на блюде.

— Сложно ли женщине в режиссуре?

— Очень щепетильный вопрос. На сегодняшнем собрании мы как раз обсуждали проект, где я — режиссёр, второй режиссёр и оператор — тоже женщины. И вот звучит шутка от коллег-мужчин: «Будьте готовы, что у вас минимум раз в месяц на площадке будут проблемы с эмоциями». Ну, мы понимаем ведь, что это шутка, но в каждой шутке есть доля правды. Да и никуда не скроешься от ярлыка «эмоциональной», даже если ведёшь себя даже сдержаннее, чем некоторые из твоих коллег-мужчин. Отношение предвзятое, но на это не стоит обращать внимание. 

Я думаю, что чем больше женщин-режиссёров будет на площадках, тем быстрее люди привыкнут к этому. Вот парадокс, например: я совсем недавно была в экспертной комиссии, выпускала будущих кинематографистов, среди работ одна особенно примечательная. Выпускница разбирала женские образы в кино, но среди картин ни одной работы женщины-режиссёра. Поэтому я предложила студентке сменить название работы на «Образы женских персонажей, показанные режиссёрами-мужчинами».

В кинематографии есть широко известный термин — «путь героя». Он линейный и ведёт из точки А в точку Б. Но есть и другое понятие — «путь героини». И вот уже он идёт вглубь. Для меня образец пути героини — роль Мишель Йео в фильме «Всё везде и сразу». Подходы и приоритеты у мужчин и женщин в целом разные, поэтому в кинематографе нужны и женский, и мужской взгляды.

Сейчас на каждой женщине-режиссёре большая ответственность. Потому что чем меньше представителей в профессии, тем весомее каждый их шаг. Но нужно быть фанатом своего дела и жить кинематографом. Тогда за тобой и пойдут люди, которые готовы не есть, не спать, лишь бы снимать. И им уже будет без разницы, женщина ты или мужчина, потому что ты ведёшь их за собой к цели.

— Ты ведь уже много лет снимаешь? Что, на твой взгляд, делает режиссёра режиссёром?

— Если честно, я вплоть до 2023 года не могла называть себя режиссёром, хотя у меня были и короткометражки, и документальные фильмы, и порядка сорока телепередач за спиной. Достаточно сложно избавиться от Синдрома самозванца. Но когда я вложила время, силы, знания и умения в продакшн своего фильма «Присутствие», я наконец почувствовала, что могу называть себя так.

Это мой авторский проект, в нём много личного, а каждый, кто хочет авторское кино сделать полнометражным, должен понимать, что всё зависит полностью от него. Нужно заразить всех своей идеей и доказать, что эта идея достойна того, чтобы её снимать. Идей очень много. Людей с идеями тоже очень много. А вот тех, кто эту идею готов протащить через всё производство от адаптации сценария до финализации монтажа, многократно меньше.

— А как понять, что твоя идея заслуживает того, чтобы стать фильмом? Где вот эта граница между банальностью, которую автор считает гениальной, и лучшей историей в мире, автор которой считает, что она недостаточно хороша?

— Можно пойти долгим путём или коротким. Долгий — это когда ты нарабатываешь насмотренность, изучаешь лучшие фильмы в жанре, с которым хочешь работать, читаешь рецензии и мнения критиков. А короткий — просто пойти по кинематографистам, сценаристам и продюсерам и спросить напрямую. Кто-то может сказать, где проваливается драматургия, кто-то укажет на слабые диалоги, кто-то подскажет, что история избитая и в неё нужно добавить, например, национальный колорит.

И это гораздо лучше, чем вариться в собственном соку. Необязательно даже ограничиваться специалистами в своей стране. Киносообщество довольно сплочённое: если говорите на одном языке, тебе подскажут. Конечно, если речь идёт об авторском проекте, может возникнуть страх, что идею могут просто украсть. Но снимать кино настолько сложно, что гораздо проще нанять тебя, чтобы ты сам снял фильм по своей идее, чем красть, искать людей и снимать самому с нуля. Ну и для подстраховки всегда можно зарегистрировать авторские права.

— А вот как раз насчёт национального колорита. Есть такая проблема у некоторых режиссёров Центральной Азии, что колорит становится вообще центральной темой фильмов. Как правильно с этим колоритом работать?

— За один фильм невозможно объяснить тонкости национальных особенностей, иначе это уже нужно документальное кино снимать. В итоге если начать злоупотреблять этническими темами, зритель может и не понять, о чём идёт речь. Я считаю, что фильм не должен брать целое ведро, наполненное национальной культурой и какими-то специфическими вещами, и надевать на голову зрителю.

Лучше выбрать что-то одно и раскрыть подробно и понятно. Есть прекрасный фильм моей коллеги Любови Борисовой «Не хороните меня без Ивана». По сюжету главный герой впадает в летаргический сон. И через весь фильм красной нитью проходит одна мысль о нашей культуре — у саха три души: одна духовная, которая связана с наследием предков, вторая телесная, связанная со здоровьем, а третья воздушная, связанная с чувствами и сознанием. И это весь колорит.

Ещё мне нравится «Мулан» студии Дисней. Там есть основная мысль — ты должен принести честь своей семье. Остальное опускается. И когда злодей называет Мулан не женщиной, а солдатом, мы по этой маленькой фразе понимаем, какие различия между отношением к женщине со стороны её народа и со стороны другой нации. Вот такие тонкости украшают кино.

Да, порой страсть как хочется показать в фильме свою культуру в мельчайших подробностях, чтобы влюбить в неё зрителя — в такие моменты кажется, что это благое дело, после чего начинается бесконечное добавление национального колорита в сценарий. Но ни один фильм не способен полностью уместить культуру целого народа. Когда я смотрю кино, которое перегружено культурными особенностями, я аж через экран чувствую, как его авторы «из лучших побуждений» старались добавить в сюжет побольше национального, а потом не смогли вовремя остановиться... И это превратило фильм в катастрофу. Так что иногда лучшее — враг хорошего.

«Не стесняйтесь просить о помощи», Илларион Яковлев, режиссёр и продюсер.

— Саха ведь тоже тюркский народ. У нас с вами схожий фольклор. Я заметил, что вы часто используете древние рунные символы в своих фильмах. Как ты относишься к использованию этих этнических элементов в кино?

— Я за то, чтобы фильм работал одинаково хорошо в любой стране. Пускай будет своя структура, свои понятия, свои национальные обычаи — пусть зритель считывает, что это другое кино. Но при этом общая логика и возможность понять сказанное должны оставаться.

Якутский хоррор очень активно развивается, потому что он строится на наших многочисленных городских легендах. Времена меняются, легенды трансформируются, чтобы быть близкими и понятными человеку даже сейчас. Наверное, когда легенды остаются в своём древнем виде, людям сложнее их воспринимать всерьёз.

Наши байки поучительны и всегда имеют свою мораль о добре и зле. Люди в них верят, верят в духовный мир. Неприятный побочный эффект — из-за этого на фильмах ужасов бывает мало зрителей, потому что они по-настоящему боятся происходящего на экране.

Вот, например, у моего коллеги Евгения Николаева есть очень сильный фильм ужасов. Я бы сказал, что один из лучших наших. И там ты пугаешься не от скримеров, а от гнетущей атмосферы. Люди смотрят и говорят: «Ну всё, я проклят после этого фильма». Много комментариев было, что посмотревшие ночами спать не могли после просмотра. Потому что задело, заставило чувствовать и думать.

Вот как-то так и должен, думаю, работать фольклор в кино. Истории должны чему-то учить, подавая обычаи не просто для красоты, а как элемент сюжета.

— Я заметил, что ты и другие ребята из Саха часто говорите о заслугах, но не своих, а коллег, друзей, наставников. То есть о своих собственных говорите довольно редко. Почему так?

— Нас так научили. Как-то с детства это в нашем воспитании — не надо говорить о своих целях и победах. Часто слышу, что говорят: «Якут победил, но якут не признается». Даже прямо у человека спрашиваешь, его ли где-то достижение, он может сказать, что не его, хотя на самом деле именно у него получилось. Мы настороженный народ в этом плане.

Да я и сам, если где-то чего-то достигаю, буду до последнего танцевать влево-вправо. Скажу: «Вот я попробовал». Люди прочитают новости о фестивале, где написано, что ты победил, но от тебя они это не услышат.

Кто-то может сказать, что это минус, но из-за того, что мы не умеем хвастаться и слушать своё эго, мы всегда готовы помочь друг другу. Мы любим говорить «наши». Если знаем, что где-то собирается много саха, мы сразу туда идём: «О! Пошли к нашим». Даже сама дружба всегда отдаёт семейным теплом.

Мы привыкли всегда друг друга поддерживать. И умеем говорить «помогите нам». Почему-то у многих народов просьба о помощи считается чем-то постыдным, но взаимопомощь объединяет, вместе всегда можно сделать больше, чем по отдельности.

— Ты к режиссуре добавил ещё и продюсирование. Как ты к этому пришёл?

— Режиссёром я решил стать с детства. Правда, всё боялся ошибиться. К счастью, у меня есть старший брат, который научил меня, что любую задачу можно решить. Режиссура мне давалась не так просто. Есть такие режиссёры, которые первым же фильмом покоряют горы. Одарённые. Мне же пришлось идти по ступенькам от мелкой рекламы к клипам и даже свадьбам, потом от них к короткому метру, затем сериалы и вот только потом полный метр.

И вместе с доверием к моей режиссуре появилось у продюсеров и доверие ко мне в целом. Я поработал несколько раз исполнительным продюсером, потом двинулся дальше. Продюсеру важно быть честным. Видишь риски — расскажи о них, не надо сюрпризы потом устраивать.

А уже с головой в продюсирование я ушёл, когда моя жена захотела стать режиссёром. Это её первый фильм, но она его сняла полностью сама, без моей помощи в плане постановки.

— Какой совет ты бы дал начинающим режиссёрам? Что стоит делать и чего делать не стоит?

— Лучше не мечтать о крупном. Если мечтаешь о крупном, то реальность будет тебя постоянно разочаровывать. Мечта в голове всегда больше, чем её реализация. Хочешь в Голливуд — снимай фильмы, пока тебя туда не позовут, а не трать время на то, чтобы любыми силами туда попасть. Так и культура теряется, если ты постоянно пытаешься подгадать и подстроиться под чужие запросы.

Ещё — никогда не тратьте свои деньги. Лучше получить деньги по итогам питчинга, от государства, от фонда — от кого угодно. Со своими деньгами ведёшь себя совсем иначе.

И всегда занимайтесь нетворкингом. Столкнулся с проблемой? Ты не один такой — такие же проблемы у многих других. Пообщайся, узнай, как другие решили свои, какой выход нашли. Некоторые считают, что если будут строить из себя что-то, то их ждёт успех. Вот это неправильно. Люди любят лёгких на подъём и приземлённых. Инвесторы, продюсеры, даже зрители — они хотят честности и лёгкости, а не понтов.

И не надо переживать, что тебя не позвали в Канны. Туда вообще довольно мало кого зовут. Сейчас много локальных фестивалей и мероприятий. Тебе не нужны Канны для нетворкинга — общайся со всеми, с кем можешь. Никогда не знаешь, где встретишь настоящего союзника.

IV Бишкекский международный кинофестиваль: итоги, победители и сюжетные повороты BIFF 2026С 7 по 12 июня 2026 года в Бишкеке в четвёртый раз прошёл Бишкекский международный кинофестиваль (BIFF 2026) — мероприятие, организованное Министерством культуры, информации и молодёжной политики Кыргызской Республики. И этот год стал для мероприятия прорывным. Сразу по нескольким причинам.mag.humodoc.com