Где-то в Никольском

Собор Святейшего Сердца Иисуса: главная достопримечательность махалли ТойтепаМахалля Тойтепа знаменита своими посольствами, кафе и прогулочными зонами. Но самой яркой её достопримечательностью смело можно назвать почтенного возраста католический храм, который официально называется Собором Святейшего Сердца Иисуса, а в просторечии — «Костёл».mag.humodoc.com

Фактически эти места были дачными, и сюда частенько выбирались представители света и полусвета всего Ташкента. Бывало, приезжали на несколько дней, а бывало, снимали дачи и на всё лето. Иметь дачу именно здесь считалось не то чтобы престижным, но очень даже желательным. В конце концов, к Чимгану ближе. По современным меркам ехать было недалеко, вот только вспомним, где заканчивались городские кварталы — на Дархане, в точке расположения бывшего кинотеатра «Казахстан», да возле вокзала. Но вот в те времена, да на лошадях…

Село Никольское

Сегодня вряд ли возможно найти его следы, правда, рассказывали, у кого-то во дворах сохранились ещё некоторые постройки. Возникло оно вскоре после присоединения Ташкента к Российской империи. Первоначально было решено заложить посёлок у холма Шортепе — там, где сейчас расположено православное кладбище на массиве Карасу. Но место там оказалось заросшим камышом, так что недалеко было до малярии, а потому почти сразу посёлок закладывался на том самом месте, которое известно в памяти ташкентцев как центр Луначарского. Первыми жителями нового жилого массива были переселенцы — казаки из оренбургского казачьего войска и из центральной России.

Естественно, не в один день возник посёлок — переселенцы прибывали постепенно, но на обширной территории потихоньку появились жилые дома, хозяйственные постройки, были заложены обширные плодовые сады и огороды. Землю выделяли по принципу «кто сколько сдюжит».

Кто-то занялся птицеводством, а кто-то и производством молочной продукции — благо, в Ташкенте вся местная продукция была качественной и уходила «на ура». А воздух! Какой здесь был воздух — чистый, приятный, ешь и пей его, болеть не будешь!

Переселенцы

В этом загородном месте, наверное, и сегодня можно найти, если постараться, старинные чинары, высаженные первыми жителями посёлка, и — вполне возможно — следы тех самых первых садов, некогда радовавших своих хозяев вкуснейшими плодами. И, как часть естественного процесса, все хотели жить лучше, а потому наиболее обеспеченные горожане оченно старались прикупить себе небольшой участок для постройки дачи. Ну, или хотя бы арендовать её на лето для семьи, для детей.

Подобное желание проявил и известный уже к тому времени в Ташкенте купец первой гильдии и меценат Николай Иванович Иванов. По приезде буквально сразу Николай Иванович обратил своё внимание на отсутствие в посёлке хоть какой-то самой захудалой церквушки. А потому именно ему история приписывает подвижническое создание храма во имя святителя и чудотворца Николая Мирликийского. Да, скорее всего, так оно и было — именитому купцу было дело до всего, что могло принести пользу и ему лично, и окружавшим его людям.

Торжественный молебен и закладка первого камня в основание будущей церкви были произведены преосвященным Неофитом в присутствии многих высокопоставленных чинов администрации края и города 8 ноября 1883 года. Но это было только начало.

Николай Иванович, как единственный организатор строительства, хорошо знал, из чего строят в наших краях, и материалы местные — такие, как саман и камыш, — сразу отверг. Он решил создать своеобразный памятник самому себе, который будет служить людям не один десяток лет.

Правду сказать, нигде на стенах храма так и не было упоминания о главной роли купца Иванова в сооружении новой церкви — такой уж он был скромный. И целых четыре года на месте закладки церкви работы так и не начинались.

Создание храма

Я пристально смотрю на фотографию старинного пятиглавого храма и не могу избавиться от мысли, что к его строительству был привлечён известный архитектор Вильгельм Соломонович Гейнцельман. Уж явно его стиль — византийско-русский с различными добавлениями.

Само строительство храма началось лишь осенью 1887 года. Вот тут-то и развернулся во всю свою купеческую силу тот самый незабвенный купец первой гильдии.

Он приобретает замечательный кирпич и кровельные материалы, заказывает огромное количество икон и отделочные материалы, камень для мощения прихрамовой площадки. Даже золото для куполов и крестов было приобретено им самим. Храм получился и строгим, и одновременно очень красивым, можно сказать, стильным, не похожим ни на одну подобного назначения постройку в Туркестанском крае.

Но Николай Иванович думал не только о прихожанах, но и о будущем священнике — настоятеле нового храма. А потому распорядился построить рядом и шестикомнатный жилой дом, в котором с первого дня своей службы и проживал первый настоятель церкви.

Им стал Пётр Александрович Остроумов — племянник известного педагога и востоковеда Николая Петровича Остроумова. В общем, этот настоящий памятник архитектуры и искусства обошёлся Николаю Ивановичу в немалую по тем временам сумму — пятьдесят пять тысяч рублей. Купец до конца своих дней не оставлял сие прекрасное сооружение своим вниманием.

Храмовое место

Найти место, где располагался храм, довольно просто. Проезжаем первый мост и через дорогу видим пригорок — слева от автобусной остановки, которая «в город». Ныне здесь располагается четырёхэтажное административное здание, говорят, ведомственная гостиница, чем-то отдалённо напоминающая гостиницу «Саёхат».

Справа от неё пока ещё сохранился тот самый дом церковного священника. Догадываются ли проживающие в нём сегодня люди, в каком они доме живут, — не ведаю. Сам же храм был разрушен в тридцатые годы прошлого столетия по настоянию так называемых «богоборцев».

Печальная судьба первого священника

Если дядя — известный востоковед Остроумов — скончался своей смертью, то его племяннику, Петру Александровичу, не так повезло. Вот что рассказывает о нём ташкентский историк Юрий Флыгин:

Предыдущие материалы цикла о ташкентских махаллях вы можете найти на странице автора:

Святослав Морской | HD MagazineНастоящее имя — Станислав Балашкин. Пишет об истории Туркестана, публиковался в газетах «Эко» и «XXI век». «Люблю мой Ташкент и терпеть не могу, когда переписывают историю нашего города».mag.humodoc.com