Код добрососедства: что Ташкентская неделя дизайна взяла у махалли

Ташкентская неделя дизайна прошла с 26 октября по 1 ноября. В программе были выставки, профессиональные дискуссии, встречи в студиях и городские маршруты. В Tashkent City Mall показали мебель, предметы интерьера и макет Нового Ташкента, а в парке одним из главных объектов стала инсталляция Mahalla Urban Living.

На открытии я наблюдала, как спортсмены пробуют её конструкции. Металлический каркас воспроизводит устройство дома с внутренним двором и одновременно предлагает пространство для тренировок. Здесь можно рассматривать архитектуру, заниматься и встречаться с другими посетителями.

Двор внутри большого города

В основе инсталляции переосмысление первого павильона Узбекистана на Венецианской архитектурной биеннале 2021 года. Над первоначальной экспозицией работали кураторы Эмануэль Крист и Кристоф Гантенбейн, художники Карлос Касас и Бас Принсен.

Фото: Ильдар СадыковФото: Ильдар СадыковФото: Ильдар Садыков

В ташкентской версии металлические трубы, напоминающие привычные коммуникации махалли, стали частью конструкции для воркаута. Внутренний двор при этом сохранился. Организаторы объяснили, почему он был принципиален для проекта: вокруг двора складывалась совместная жизнь нескольких семей, проходили встречи и повседневные занятия.

Звуковое сопровождение передаёт жизнь махалли в разное время дня, а фотографии показывают фактуру стен и других архитектурных элементов старых домов. Эти детали помогают представить обжитое пространство, которое за металлическим каркасом уже не сразу угадывается.

Сохранить здание недостаточно: как архитектурное наследие продолжает городТашкентский модернизм получил международное признание ЮНЕСКО. Но что происходит с архитектурой после того, как она становится наследием, и как сохранить не только здания, но и их место в жизни города?mag.humodoc.com

По словам организаторов, инсталляция расположена на территории бывшей махалли Укчи. На фоне новой застройки Tashkent City особенно заметен её небольшой масштаб. Такое соседство заставляет задуматься, как вместе с высотой и плотностью меняются расстояния между людьми, места встреч и привычка пользоваться двором. Не потеряет ли город вместе со старыми кварталами часть своей социальной идентичности?

Идеализировать прошлое не нужно, и буквально копировать старину город не обязан. Наличие внутреннего двора не гарантирует соседского общения. Но устройство общего пространства может создавать для него условия: возможность выйти из дома, увидеть знакомых, присесть, понаблюдать за детьми, заняться чем-то рядом с другими. При обновлении территории важно понимать, где продолжатся эти занятия и останется ли для них доступное место.

Площадка, которую предстоит освоить

Фото: Ильдар Садыков

Мне близка идея соединить местную архитектуру с физической активностью. У инсталляции есть узнаваемый образ и связь с историей территории, а спортивная функция даёт повод пользоваться ею регулярно. Традиционными местами встреч в махалле были гузар и чайхана; сегодня похожую роль могут взять на себя площадки для совместных занятий.

Во время показа воркаут спортсмены пробовали элементы конструкции. Подготовленный спортсмен быстро понимает, где удобен хват и какое упражнение можно выполнить. Для начинающего посетителя та же конструкция может оказаться непонятной.

Поэтому следующий шаг я вижу в наблюдении за разными пользователями. Кто подходит к площадке, кто решается попробовать, а кто остаётся в стороне? Понятно ли, с чего начать? Есть ли простые упражнения и возможность постепенно увеличивать нагрузку?

Подросткам, женщинам и людям старшего возраста могут понадобиться разные высоты опор, уровни сложности и способы занятий. Рядом нужны места для отдыха и наблюдения, а маршруты гуляющих важно учитывать вместе с пространством для упражнений. По одному посещению безопасность и доступность площадки оценить нельзя: потребуются техническая проверка и наблюдения в разное время дня.

На открытии организаторы сообщили, что инсталляция будет работать в течение недели. Останется ли она дольше, зависит от решения городских властей и администрации парка. Даже за неделю можно было начать изучать посещаемость и собрать первые замечания. Если объект сохранят, нужно сразу определить, кто отвечает за его состояние, обслуживание и правила использования.

Наследие как проектное знание

Фото: Ильдар СадыковФото: Ильдар Садыков

На выставке «Наследие и дизайн» архитектурные источники сопоставлены с современными работами: на одной стороне стендов – традиционные формы и элементы, на другой – проекты, в которых архитекторы их переосмысляют. Среди примеров, панджара в интерьере ресторана Afsona студии Joy Architects, работа с айванами, арками и керамическими поверхностями. Такое сопоставление позволяет увидеть, что именно авторы берут из наследия и как трансформируют в новом проекте.

Во время показа обсуждали устройство айвана и его связь с движением воздуха во дворе. Для современной архитектуры это повод исследовать расположение открытых и закрытых пространств, ориентацию здания, затенение и материалы: в жарком климате они особенно важны. Климатический эффект конкретного решения необходимо проверять расчётами.

Ташкент глазами жителя и глазами экспертаЗа последние два года я поймала себя на мысли, что смотрю на Ташкент сразу двумя разными взглядами. Первый — глазами жителя. Второй — глазами исследователя городской среды. Интересно, что эти два взгляда очень редко совпадают.mag.humodoc.com

У традиционных элементов есть свойства, которые заслуживают такого изучения. Панджара регулирует свет и обзор, сохраняя приватность. Айван создаёт переход между помещением и улицей. Двор объединяет помещения и даёт место для совместных занятий. Их ценность раскрывается через задачи, которые они способны решать сегодня.

На выставке показали и нереализованную концепцию остановки с арочной конструкцией. Как объясняет команда, образ создан под влиянием архитектуры станции метро «Алишер Навои». Для остановки общественного транспорта эту связь предстоит дополнить проверкой повседневных условий: достаточно ли тени, есть ли защита от осадков, виден ли приближающийся автобус, удобно ли сидеть и подходить к посадке.

Именно на таком уровне работа с наследием становится полезной городу: форма получает продолжение в устройстве места, которым пользуются люди.

Какой город мы строим

Макет Нового Ташкента и выставки Недели дизайна предлагали обсудить будущую застройку на разных уровнях, от планировки территории до мебели и предметов интерьера.

Для меня отправной точкой здесь становится повседневный маршрут жителя. Как человек выходит из дома, идёт к остановке, ведёт ребёнка в школу, выбирает место для прогулки или занятий. Где может остановиться в жару и встретиться с соседями. Город начинается не с панорамных видов, а с этого маршрута.

Опыт махалли даёт материал для такой работы и хорошо сочетается с идеей «15-минутного города»: близость общих пространств к жилью, приоритет пешехода, затенённые переходы, дворы и места для встреч. Всё это можно исследовать применительно к современной плотности застройки, учитывая доступность, обслуживание и потребности разных возрастов. Чтобы новые пространства жили, одной смены фасадов недостаточно: им нужны инклюзивность, безопасность и качественное обслуживание.

Фото: Ильдар Садыков

Инсталляция в парке дала возможность начать такую проверку: наблюдать, кто ею пользуется, какие занятия возникают стихийно, и чего людям не хватает. Эти данные могут стать основой для дальнейшей работы с дворами и общественными пространствами Ташкента. Двор в махалле важен не формой, а условиями, которые он создавал. Именно их стоит искать в новых кварталах.