Казахстанская школа изобразительного искусства кажется сегодня естественной частью национальной культуры. Однако профессиональная живопись, графика и художественное образование в привычном нам понимании имеют здесь сравнительно недавнюю историю. Как за несколько десятилетий страна, не имевшая собственной классической художественной традиции европейского типа, сформировала профессиональное искусство и собственный художественный язык?
Искусство, которого не было в традиционной культуре
История профессионального изобразительного искусства Казахстана парадоксальна. В отличие от многих европейских стран, здесь не существовало многовековой традиции изобразительного искусства классического типа, как и художественных академий. Можно предположить, что в культуре кочевников сама необходимость создавать неподвижное изображение мира была принципиально парадоксальной.
Наша национальная школа изобразительного искусства — явление нетрадиционное для культуры Казахстана, для культуры кочевников. Это европейская, в значительной степени и русская традиция
Европейское изобразительное искусство формировалось столетиями: от античности к Ренессансу, развитию живописи с религиозной и мифологической тематикой, затем светской и бытовой. Оно возникало внутри другой культурной и социальной среды — оседлой, городской, связанной с архитектурой, храмами, дворцами, коллекциями и художественными институциями.
Культура кочевников была устроена иначе. Юрта олицетворяла храм — купол неба на плоскости земли, в то же время была семейным домом и своеобразным музеем с вручную сделанной орнаментализированной утварью. Её можно было собрать и разобрать, личное пространство не было привязано к одному месту, а человек воспринимал себя частью огромного, постоянно меняющегося мира.
Мурат Ауэзов писал о кочевнике как о точке, от которой пространство пульсирует до бесконечности и возвращается обратно ( «Времён связующая нить». Издательство «Жазушы», 1972). В этом образе есть важное отличие кочевой культуры от европейской традиции: мир не столько изображается, сколько проживается.
Поэтому появление профессионального изобразительного искусства в Казахстане в XX веке было не продолжением собственной традиции, а процессом культурного освоения нового художественного инструментария для её развития на новом историческом этапе.
Первые художники и взгляд со стороны
Одними из первых профессиональных художников, систематически обращавшихся к казахской теме, были представители русской художественно-научной среды, оказавшиеся в Степи в конце XIX — начале XX века.
Особое место среди них занимает Николай Хлудов, приехавший в Туркестанский край как художник-этнограф вместе с экспедицией Русского Географического общества как художник-этнограф и позднее осевший в Верном. Он много работал с натуры, обращался к жизни местного населения, пейзажу, бытовым сценам.
Его взгляд, разумеется, был взглядом человека другой культурной традиции. Это важно учитывать, поскольку раннее изображение казахской жизни в профессиональной живописи не всегда совпадало с тем, как эту жизнь воспринимали сами представители местной культуры.
Но значение Хлудова заключается не только в созданных им произведениях. Он стал одним из первых педагогов, передававших основы профессионального рисунка и живописи тем, кто впоследствии сформировал казахстанскую художественную школу.
Именно в его студии начинал Абылхан Кастеев.
Это один из ключевых моментов истории: профессиональное искусство перестало быть исключительно внешним взглядом на Казахстан и постепенно стало формироваться изнутри самой национальной среды.
От студии Хлудова — к Кастееву
Фото предоставлено Национальным музеем искусств Республики Казахстан имени Абылхана КастееваАбылхан Кастеев происходил из простой семьи и в молодости работал чабаном. Его художественная одаренность проявилась очень рано. Попав в художественную студию Хлудова, он получил первые системные знания о рисунке и живописи, но профессиональные навыки были лишь частью будущей школы. Гораздо важнее оказалось то, что Кастеев начал переводить на новый художественный язык личный жизненный опыт.
Его герои, степь, труд, быт, перемены, появление новых городов и технологий становились предметом живописи не как экзотический материал, а как собственная реальность художника.
Поэтому творчество Кастеева трудно свести только к понятию социалистического реализма.
На Кастеева смотришь — и он настолько искренен, настолько глубоко переживает всё, что происходит вокруг него, что его восхищение происходящим невольно переходит к зрителю
Показательный пример — его знаменитая картина «Турксиб». Для художника появление железной дороги в степи было не абстрактным символом индустриализации. Это было столкновение двух миров: привычного степного пространства и совершенно нового технического явления.
В картине возникает не только идеологический сюжет, но и человеческое удивление перед переменами. Народ собирается посмотреть на появившийся в степи поезд — и именно это непосредственное чувство делает работу убедительной.
О 50-летии Музея им. А. Кастеева мы писали здесь:
Полвека главному музею искусств: выставка «Живое тело архитектуры» в АлматыК полувековому юбилею своего здания Национальный музей искусств имени Абылхана Кастеева в Алматы открывает выставку, где представляет публике экспонаты, до этого ни разу не выходившие в свет.mag.humodoc.com
Художественный «караван»
Формирование художественной среды происходило не только в Алматы.
Во второй половине 1920-х годов художники начали объединяться, выставляться и искать возможность показывать свои работы в разных регионах республики. Одним из необычных эпизодов этого периода стала передвижная выставка, которая двигалась по Казахстану практически как настоящий караван.
Художники со своими работами выезжали из Риддера, по дороге к ним присоединялись другие участники, затем маршрут продолжался через Усть-Каменогорск, Караганду и дальше к Кызылорде — тогдашней столице республики.
Это был символический момент: искусство впервые начинало двигаться навстречу зрителю, выходя за пределы отдельных мастерских и городских центров.
Именно в этот период складывается понимание того, что художник может быть не просто мастером-одиночкой, а частью профессионального сообщества.
Постепенно возникают художественные объединения, кооперативы, выставочная деятельность, а затем и система художественного образования.
Как создавалась художественная инфраструктура
К концу 1930-х годов в Казахстане уже формировалась профессиональная художественная среда. В 1933 г. был зарегистрирован оргкомитет будущего Союза Художников Казахстана. Создавались региональные объединения, проводились выставки, появлялись мастерские и художественные учреждения. Именно тогда был создан Художественный Фонд — производственная база Союза художников, единственная рыночная структура в экономике того времени, через которую начали поступать заказы на творческие работы.
Особое значение имело художественное образование.
Именно поэтому важнейшим событием стало развитие художественного училища в Алматы. Оно стало одной из институций, через которые европейская академическая традиция постепенно адаптировалась к местной культурной среде.
В 1940 году состоялся первый съезд художников Казахстана, а художественное сообщество республики получило организационное оформление в виде Союза художников Казахской ССР.
Фото предоставлено Национальным музеем искусств Республики Казахстан имени Абылхана КастееваХудожественная школа не возникает только благодаря талантливым творцам. Ей необходима инфраструктура: преподаватели, мастерские, выставочные пространства, профессиональные объединения и возможность продолжать образование.
Таким образом, к началу 1940-х годов в Казахстане уже существовали основные элементы профессиональной художественной системы: художники, образование, выставочная деятельность, профессиональная организация и государственная поддержка.
А затем началась война — и художественная история Казахстана неожиданно получила новый импульс.
Эвакуация: когда Алма-Ата стала художественным центром
В годы Великой Отечественной войны в Казахстан были эвакуированы художники, преподаватели, кинематографисты и представители других сфер культуры из Москвы, Ленинграда, Киева, Львова и других городов.
Для молодой художественной школы это имело огромное значение.
В республику приехали профессионалы высокого уровня. Среди них был профессор живописи Абрам Черкасский, оказавший влияние на развитие художественного образования. В Казахстане оказались представители разных направлений искусства, в том числе художники, связанные с авангардной традицией.
Одновременно в Алма-Ату были эвакуированы крупнейшие учреждения культуры и кинематографии. Здесь работал Сергей Эйзенштейн. В город переместился ВГИК.
В военные годы художественная жизнь не остановилась. Напротив, в определенном смысле она стала интенсивнее: проходили выставки, читались лекции, обсуждались вопросы графики, фресковой живописи, композиции и истории искусства.
Для молодых казахстанских художников это была возможность соприкоснуться с профессиональной средой, на формирование которой в Европе и России ушли десятилетия и столетия.
Национальные кадры
Одной из особенностей советской культурной политики была система подготовки национальных кадров. Лучшие молодые художники из республик получали возможность продолжать образование в крупнейших художественных институтах Москвы и Ленинграда.
Для Казахстана это стало принципиальным ресурсом.
После войны будущие мастера отправлялись учиться в Московский художественный институт имени В.И. Сурикова, Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина и другие ведущие учебные заведения.
Вернувшись в Казахстан, они становились не только художниками, но и преподавателями, организаторами художественной жизни, наставниками следующего поколения.
Так формировалась цепочка преемственности: учитель — ученик — новая школа.
Фото предоставлено Национальным музеем искусств Республики Казахстан имени Абылхана КастееваВ этот период складываются имена, без которых сегодня невозможно представить историю казахстанского искусства: Абылхан Кастеев, Сабур Мамбеев, Канафия Тельжанов, Уке Ажиев и многие другие.
Именно они постепенно преобразуют профессиональный художественный язык, полученный в академической системе, в язык собственной культуры.
Социалистический реализм и национальный язык
Историю искусства советского Казахстана сегодня нередко рассматривают исключительно через призму идеологического давления. Однако, такая оценка слишком упрощает реальную картину.
Да, официальным художественным методом был социалистический реализм. Но внутри него существовало пространство для индивидуального художественного языка.
Нельзя говорить, что социалистический реализм всё подавлял
Творчество Кастеева, например, показывает, насколько свободными могли быть произведения, формально относящиеся к тому же социалистическому реализму.
Ещё более очевидно это в работах Сабура Мамбеева. Его юрты, кочевья, степные мотивы не выглядят иллюстрациями идеологических лозунгов. В них ощущается совершенно другое — интерес к цвету, ритму, пространству и пластике национального мира, его поэтизация.
С первых профессиональных художников в новом для страны виде творчества — изобразительном искусстве — начала формироваться национальная идентичность.
Академическая школа дала художникам профессиональный инструмент, но содержание и образный строй развивались как современное национальное осознание прошлого и настоящего.
Именно здесь, вероятно, и находится главный парадокс становления казахстанской школы: она пришла из европейской художественной традиции, но со временем перестала быть просто её продолжением.
Читайте также:
Жамиля Такен: «Хочется сделать мир немного добрее и красивее»Художник и основатель Международного женского независимого фонда художников «Таң-Шолпан» рассказала изданию HD magazine о том, как менялось её искусство, почему женщине-художнику особенно трудно совмещать творчество и семью, что даёт художникам Казахстана выход на международную сцену и почему искусственный интеллект не способен заменить живого автора.mag.humodoc.com
Школа, сформированная за одно поколение
В европейских странах художественные школы складывались веками. Казахстан прошёл этот путь значительно быстрее.
В течение нескольких десятилетий появились профессиональные художники, система образования, выставочные институции, художественная критика, Союз художников, мастерские и государственная система поддержки.
В советское время членство в Союзе художников давало художнику возможность профессионально работать: существовали мастерские, творческие базы, поездки, заказы, выставки.
В результате сформировалась не просто группа отдельных талантливых авторов, а профессиональная художественная среда, способная воспроизводить себя из поколения в поколение.
В 2023 году Союз художников Казахстана отметил 90-летие. Его история практически совпадает с историей профессионального изобразительного искусства республики.
От заимствованного инструмента — к собственному языку
Главный итог этого процесса заключается не в том, что Казахстан освоил европейскую живопись.
Гораздо важнее другое: европейский художественный инструментарий оказался востребован иным историческим и культурным опытом.
Кочевая культура, степное пространство, юрта, перекочёвка, связь человека с природой, традиционный быт — всё это постепенно перестало быть этнографическим материалом в работах художников. Оно стало частью современного художественного высказывания.
Поэтому историю казахстанского искусства нельзя описывать только как историю заимствования.
Это была история трансформации.
Европейская академическая система дала казахстанским художникам язык рисунка, живописи, композиции и профессионального образования. Но художники Казахстана разных поколений наполнили этот язык собственным содержанием.
Так за неполное столетие возникла национальная художественная школа — со своими мастерами, институциями, педагогической традицией и, главное, собственным способом видеть и изображать мир.
Именно поэтому сегодня, рассматривая работы Кастеева, Мамбеева, Тельжанова, Ажиева и других мастеров, важно видеть за ними не только советскую художественную систему. За ними стоит гораздо более сложный процесс — встреча двух культурных моделей, в результате которой возникло новое искусство.
И, возможно, именно в этом состоит главный феномен казахстанской художественной школы: она родилась из европейской традиции, но научилась говорить на языке степи.
В следующем материале HD magazine продолжит разговор с Камиллой Ли об истории изобразительного искусства Казахстана. Эксперт расскажет о художниках-шестидесятниках — поколении, во многом определившем дальнейшее развитие национальной художественной школы.
Рассылка
Письмо от редакции HD
Раз в неделю мы отправляем лучшие материалы, события и культурные открытия Центральной Азии.