В Международный день цирка мы решили рассказать о буднях цирковых бродячих групп Узбекистана глазами фотографа Ильдара Садыкова. Если вообще можно говорить о «буднях» в отношении этого удивительного искусства, ведь оно — символ вечного праздника.
В своём детстве я не помню организованных бродячих цирков. Как будто традиция вернулась с распадом Союза — традиционные уличные шоу возродились как вид деятельности, приносящий доход. Но в моих воспоминаниях из детства всплывают выступления жонглёров, силачей, огнемётов и огнеглотателей. Каждый раз, когда я попадаю на цирковое представление, ребёнок во мне ликует.
Ильдар Садыков
С 1966 года, когда в столице у госцирка появляется стационарное здание, искусство начинает развиваться системно. Бродячие артисты частично пополняют составы постоянных трупп в крупных городах, а частично — уходят в тень. Возрождение традиции выпадает на годы становления независимости и теперь уже идёт своим путём, а профессиональный цирк — своим.
Бродячие труппы кормятся «с шапки». Это максимально приближает их к народу и даёт возможность выживать. Сейчас устоялась традиция приглашать дарбозов на праздники; их выступления становятся важной частью народных гуляний, происходя на площадях (если это мало-мальски крупный город) или прямо посреди улиц кишлака.
Я снимал бродячий цирк в четырёх регионах — посёлке Гелан в Кашкадарье, Риштане, анклаве Сох в Ферганской долине и в Ташкенте. И везде я видел детскую радость, неподдельный восторг зрителя и ни с чем не сравнимую теплоту и искренность, которые не встретишь на арене.
Ильдар Садыков
В труппе уличных циркачей обязательно бывают дети. Обычно представление начинается с выхода маленького потомственного циркача: он выполняет акробатические номера, зрители дают ему немного денег. Это символично, ведь именно дети — продолжатели традиции. Дальше обычно выступают акробаты с гирями, огнеглотатели. Другие неизменные персонажи циркового действа — это жонглёры, силачи, клоуны-хохмачи с грустными глазами. Ну и кульминация представления — это выступление эквилибристов.
В Сохе я снимал бродячий цирк на Навруз. Всё представление было построено на трюках дарбозов. Там был ребёнок — пацан лет девяти. Было видно, как он боится, но он выполнил всю программу. И хотя он работал со страховкой, малец даже не покачнулся, забираясь на самую верхотуру. Он очень профессионально всё сделал, и в конце его глаза светились. Очень трогательно, что его активно поддерживали старшие товарищи. Вообще праздничное представление на фоне гор, в окружении всех жителей посёлка оставило сильное впечатление.
Ильдар Садыков
Бродячая труппа передвигается на маленьком автобусе. Там они переодеваются, отдыхают после представления, там же ночуют между переездами. Как зеницу ока берегут старое, скорее всего, списанное концертное оборудование — дребезжащие колонки и микрофоны: общение с публикой всегда было важной частью представления.
В отдалённых горных кишлаках люди зрелищами не избалованы. В Гелане, где мне повезло стать зрителем ночного шоу, было очень много народа. Обычно в таких местах труппа останавливается на несколько дней или неделю. На каждом представлении неизменно бывает толпа. Детям здесь сразу организовали стихийные ларьки со сладостями, сладкой ватой и воздушными шарами.
Ильдар Садыков
Выступления циркачей стали популярны на всеобщих праздниках — особенно на Навруз. Но, помимо развлечения толпы, сегодня бродячие труппы выполняют и другую функцию — знакомят туристов и гостей Узбекистана с культурным наследием страны. В Риштане, где в прошлом году были сняты эти кадры, дарбозы выступили на открытии международного фестиваля керамики, куда съехались мастера со всего цивилизованного мира. Стоит ли говорить, что иностранцам такое шоу было в новинку и запомнится надолго?
В век цифры и мультимедиа, громадных жидкокристаллических экранов, светящих на всю галактику, гигантских концертных арен с высокотехнологичным оборудованием уличный цирк с его «грязным» звуком и без переливающихся огней остаётся «вещью в себе». С древних времён и до сегодняшнего дня он не перестал выполнять своё главное предназначение — вызывать сиюминутный восторг, зажигать огонь в глазах детей и помогать на время забыть о проблемах взрослым.
И, наверное, только те, кто проводит полжизни под куполом, знают, какой это труд — бесконечно странствовать из города в город, чтобы продлить жизнь традиции.
