Начало XIX века стало временем стремительного усиления Кокандского ханства. При правителях Алиме, Умаре и Мадали его владения значительно расширились, а влияние распространилось далеко за пределы Ферганской долины.
В 1808 году под власть Коканда перешёл и бывший независимым Ташкент. Владения Кокандского ханства простирались на обширные территории, границы укреплялись крепостными линиями, а главным ядром государства оставалась долина. Пёстрое население включало кочевые узбекские племена, оседлых сартов и горных киргизов, что во многом определяло характер государства. Кокандский двор прославился не только политическим влиянием и завоеваниями, но и как центр литературы: известность далеко за пределами ханства получили поэтессы Надира, Увайси и Махзуна.
Во второй половине XIX века постоянные перевороты, соперничество элит и дворцовые интриги ослабили кокандский двор. Надвигалась смена цивилизаций. Худояр-хан трижды терял свою власть, возвращал её дважды, стремясь закрепить не только поднятием налогов, но и масштабным строительством. Так величие правителя, возвдигшего роскошный дворец на Урде, над которым трудились тысячи лучших мастеров, пало к ногам русских властей, некогда поддерживавших его влияние…
Коканд называли «городом 300 мечетей». Сейчас от былого великолепия мало что осталось, и всё же я искренне не понимаю, почему туристы не ломятся толпой в этот город. Я бываю здесь очень часто, и каждый раз прихожу во дворец за вдохновением. От бывшего дворцового комплекса, законченного в 1870 году, осталась лишь половина, но, к счастью, интерьеры сохранились прекрасно. Это одно из красивейших зданий в стране. Потрясающее разнообразие декора, за которое мы должны благодарить риштанских и кашгарских мастеров — ни один мозаичный узор на фасаде не повторяется!
Ильдар Садыков
Коканд и к началу XX века сохранял важнейшее значение для всей Ферганской долины. С населением около 87 тысяч человек он оставался одним из крупнейших торговых и ремесленных центров региона, уступая лишь Ташкенту. Экономический подъём, связанный с промышленным развитием и появлением железной дороги, случится здесь позднее, ну а в первые годы российского владычества военное присутствие империи ощущалось особенно остро: русский гарнизон разместили прямо в бывшем дворце хана.
Особенно меня впечатляет тронный зал. Потолки. Мозаика. Европейская роскошная мебель. При всём этом великолепии во дворах резиденции ощущается благость и покой. Прихожу сюда за вдохновением и прохладой.
Ильдар Садыков
Украшенный драгоценными камнями трон хана был, правда, вывезен в Петербург и сейчас хранится в Эрмитаже. Но вот дух великого прошлого изъятию не подлежит.
Во дворце Худояр-хана сохранилось 19 помещений. Здесь размещается сегодня очень неплохой краеведческий музей, состоящий из 6 отделов. Здесь можно узнать не только про бурную историю могущественного ханства, но и членов высокой семьи, родословная которых тянется до сегодняшнего дня.
Коканд — действительно город удивительной истории. Будучи на её протяжении ремесленным и религиозным центром, городом музыкантов, поэтов, промышленников-экспатов и банкиров, он остаётся жемчужиной на пёстрой карте Ферганской долины.
Ни на одном историческом объекте в Узбекистане я не видел столько школьников. Они приходят целыми классами и изучают свою культуру. Кокандцы очень уважают свою историю. Этот город хранит много драгоценностей.
Ильдар Садыков
Правители сменяют друг друга иногда с бешеной скоростью, эпохи уходят безвозвратно. И как всегда смыслообразующим ядром во всех очагах цивилизации остаётся искусство — традиционное, новаторское, монументальное или едва уловимое теми, кто особенно внимателен и способен его оценить.
